Попугай-нацист под следствием: криминальные привычки и перевоспитание

Весна 1945 года. Берлин догорает, улицы завалены кирпичом и металлом, а из разбитой штабной машины Третьего рейха вдруг раздаётся бодрое: - «Хайль Гитлер!»

Радист танкового экипажа Леонид Фишелев поначалу решил, что нарвался на засаду. Он распахнул дверцу и вместо офицера в фуражке увидел попугая.

Птица породы жако явно была не рядовой. Широкий словарный запас, уверенная подача и идеологически сомнительный репертуар выдавали прежнего владельца где-то близко к верхушке рейха. Увидев советского бойца, попугай не растерялся и выдал ещё пару заученных лозунгов.

Новый фронт - воспитательный

Фишелев, уралец по характеру, привык разбираться не только с техникой, но и с задачами нестандартными. Так началась операция по перевоспитанию.

Новая фраза для тренировок была короткой и доходчивой: - «Гитлер капут».

Методика - простая, фронтовая. Сказал правильно - получил хлеб. Ошибся - паёк откладывается. Попугай, как и многие в условиях военного времени, быстро уловил новые правила игры.

Фашизм не прошёл

Переучивание заняло всего пару недель. К окончанию импровизированного «курса молодого бойца» птица уверенно выкрикивала антигитлеровские лозунги и, судя по интонации, делала это с искренним энтузиазмом.

Попугая назвали Фуко. Со временем он стал талисманом танковой бригады - живым трофеем и фронтовым анекдотом одновременно. Позже Леонид Фишелев передал Фуко своему командиру, капитану Владимиру Маркову. Тот, в свою очередь, устроил птицу в тбилисский зоопарк, где попугай ещё много лет развлекал посетителей безупречно политкорректным лексиконом.

Семейный криминал и фронтовая легенда

История Фуко прочно вошла в семейную память Фишелевых. Каждый День Победы начинался с тоста за дедушку Леонида и рассказа о том, как в Берлине он обезвредил врага, у которого было две крылатые фразы и ни капли совести.

Внучка Леонида, Елена Колядина, и племянник Игорь Фишелев позже вспоминали:

«В детстве мы были уверены, что все ветераны привозили с войны говорящих попугаев. Потом поняли: просто у нас был свой - особенный».

Память с перьями

Сегодня, когда архивы Великой Отечественной открываются всё шире, особую ценность приобретают истории, не вошедшие в учебники. Личные, курьёзные, тёплые - те, где за большой войной виден живой человек.

Великая Отечественная война, фронтовые истории, Леонид Фишелев, фронтовые истории, военные байки